Ralph Mirebs (ralphmirebs) wrote,
Ralph Mirebs
ralphmirebs

Россия: Кунсткамера ЭВМ

Лазать по заброшенным и действующим местам, таким как, подземелья различных ведомств, заводам, военным частям, научным институтам весьма уникальное хобби среди множества. В отличии от большинства разнообразных кружков, спортивных секций или коллекционирования, полазки предоставляют весьма значительную свободу действий. На полазках можно быть кем угодно. Археологом ищущим старинные подземелья и составляющим карты со схемами. Грабителем могил, собирающим на ещё дышащих руинах предприятий ценную аппаратуру. Разведчиком, спускающимся в секретные правительственные подземелья и не имеющим возможность никому кроме коллег об этом рассказать. Диверсантом, преодолевающим сложные охранные системы и периметры, вскрывающим замки и запоры. Фотографом, расставляющим сложное освещение в тёмных туннелях. Артистом, примеряющим чужую униформу с профессией. И не обязательно выбирать что-то одно. Можно смешивать и чередовать, можно от чего то отказываться и примерять новые обличья.




Здание ничем не выделялось. Непримечательный производственный корпус, какие сотнями строили в советских городах. Целые стёкла, горящие фонари, живые растения внутри, современные пластиковые входные двери. Кроме одного этажа. Несмотря на сумерки, этаж оставался безжизненно тёмным. Где-то в глубине угадывалось тусклое сияние электрического света, с трудом пробивающегося сквозь старые стеклоблоки.

Внутри этаж оказался пустым и чёрным, но не полностью. Часть этажа отделялась от остальной своеобразным аквариумом - грязной стеклянной стеной до потолка. Внутри горело несколько ламп дневного света, высвечивая десятки силуэтов высоких шкафов. Некоторые из них стояли покрытые потемневшей полупрозрачной плёнкой, другие высились открыто. В проходах то там, то тут громоздились столы заставленные техникой, иное оборудование небрежно валялось вдоль стен. Поверхность пола, столов и корпусов покрывали чёрные пятна копоти и сажи, местами разбавленной белыми разводами высохшей огнетушащей смеси. В воздухе ощущался стойкий, но не сильный запах гари. Огонь гулял здесь несколько лет назад, но за пределами стеклянного барьера. Пожар не тронул оборудование, но занёс копоть и химию из огнетушителей. Всё то, что во время пожара стояло неприкрытое, ныне сверху покрылось тонким антрацитовым слоем продуктов горения, пачкающим пальцы при малейшем прикосновении. Под книгами, мелкими предметами, на вертикальных и тыльных сторонах вещей оставались чистые и яркие поверхности.

Часть стоек представляли собой старинные электронные вычислительные машины. Другие служили для измерения сигналов, а ЭВМ управляли этим процессом. Десятки терминалов замерли на столах с потухшими экранами.

В аквариуме смешалось три поколения машин, отражающих эволюцию развития не только вычислительного парка предприятия, но и советской вычислительной техники в целом. Причём, судя по внешнему виду и состоянию, даже самое старое оборудование эксплуатировалось вплоть до дня пожара. Это было похоже на древний склеп внутри которого остановилось время. Запах гари лишь усиливал ощущение нахождения в гробнице.

В первое посещение исследователи даже не поняли, что именно обнаружили. Ну да, какие-то стойки с лампочками, переключателями и перфолентами. Любопытство заставило искать подробности и внезапно стало ясно, что перед ними легендарная машина "Саратов-2". Машина, которая массово ставилась на многие предприятия Советского Союза в 70х годах, но при этом не сохранилось ни одной качественной (я уж не говорю о цветной) фотографии. Ни в интернете, ни даже в музее предприятия-разработчика.














Эта ЭВМ даже не имела традиционного микропроцессора. Отечественный клон популярного американского PDP-8, Саратов-2 выпускался в двух исполнениях, при этом более громоздкое в виде стойки оказалось самым массовым. Стальной каркас, словно комод, заполнялся выдвижными ящиками. Дно было устлано корзинами позолоченных электрических разъёмов РППМ, в которые устанавливались небольшие электронные платки. Каждая была помечена цветной пластиковой шляпкой-рукояткой. Разные ящики отвечали на разнообразные узлы компьютера - двенадцати битный вычислительный блок, интерфейсы устройств ввода-вывода, оперативную память. Память была ферромагнитной - два ящика по четыре куба в каждом. Считывание или запись программ происходило через перфоленты, а для вывода результатов расчётов использовалась электрическая печатная машинка CONSUL-260. Монитор и клавиатура в ту эпоху ещё не были столь необходимой частью компьютера. Необходимый ввод программ в оперативную память осуществлялся в двоичных кодах, вручную используя группу переключателей на лицевой панели. Лампочки контролировали правильность набора.
















Следующим поколением была Электроника 100/25. Эти машины были клонами американских PDP-11. Шестнадцати битные, они считали быстрее, имели больше памяти, позволяли работать с магнитными ленточными накопителями и перфолентами, но общий принцип остался тем же. Для размещения требовалась уже не одна, а целых три стойки. К этой ЭВМ уже можно было подключить монитор и клавиатуру, при этом оставалась возможность ввода программ и через лицевые переключатели.








Электроника-60 - дальнейшее развитие Электроники 100/25. Та же архитектура, но громоздкие ленточные накопители ушли в прошлое. Их сменили гибкие восьмидюймовые дискеты. Новый набор микросхем, позволил уместить процессорный модуль, блок питания и устройства управления, в весьма компактные размеры, всё дополнительное оборудование размещалось в стойках различной высоты. Замечу, что всё эти ЭВМ были управляющими, то есть работали со связкой внешнего оборудования. Это могли быть станки, лабораторные комплексы, измерительные устройства.









15ВМ16-1 некий ранний вариант Электроники-60, обладающий управляющей панелью из лампочек и переключателей. Собран на элементной базе предыдущего Электроники 100/25. Занимал небольшую тумбочку встроенную в стол, на котором размещалась управляемая аппаратура.






ДВК-2M или Диалоговый Вычислительный Комплекс. Массовый, стильный внешне, компьютер 80х годов, который уже можно было считать персональным. Состоял из двух настольных блоков - процессорного и сопряжения. Набор сменных интерфейсных плат позволял подключить накопители различных типов, монохромный монитор на ажурной ножке, клавиатуру. Мог выступать как терминал для более крупной ЭВМ или быть сервером. В далёком 1993-ем, у нас на учёбе, один преподавательский ДВК мог раздавать по сети программы для пары десятков Спектрумов терминального класса.










ДВК-3 в моноблочном пластиковом корпусе - развитие ДВК-2M.










Кунсткамера былых технологий и инженерных решений, доживающая свой век на грязном и горелом этаже. После такого крайне сложно запустить их снова в работу - дешевле обновить парк электроники на современную. Наверняка львиная часть деталей этих комплексов закончит свою жизнь в карманах рабочих, в аффинажных чанах или приёмках металла. В лучшем случае, детали разойдутся по музеям и частным коллекциям старинной электроники, часть плат обретёт новую жизнь в домашних комплексах ретро-пк гиков. И это лучше посмертие, что можно себе представить. Можно отвернуться и оставить всё на волю времени и судьбы, а можно попытаться спасти хоть часть. Словно официальные раскопки против чёрной археологии, уберечь от кривого ножа и донести предметы до тех, кто по-настоящему любит старую технику.

Некоторые вещи, что мы делаем весьма аморальны, за другие просто стыдно, некоторыми мы гордимся, а иные достойны награды. Каждый волен выбирать по себе и вовлечённость у всех так же разная. Одни готовы лазать каждый день, другие лишь по-выходным, а некоторых вполне устраивает пара-тройка раз в год. Часто хочется всё бросить и жить простой нормальной жизнью. Жизнью где не надо уезжать из дома по ночам, где не надо бояться за будущее, где не ползаешь в грязи по кустам и болотам. Но полазки просто так не отпускают. Их можно загнать в угол своего разума, ограничить и изолировать на время, но они как вода просачиваются через наслоения мыслей и находят путь обратно. Один человек как то сказал, что если ты готов бросить полазки, ты никогда не лазил по-настоящему. Я думаю он был прав и все мы когда-то открыли свой ящик Пандоры.
Tags: Промзона
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 39 comments